Svetlana Alexievich
Belarusian · 1948–
Belarusian investigative journalist and Nobel laureate whose polyphonic documentary prose wove thousands of individual voices into collective portraits of Soviet and post-Soviet experience.
Wikipedia ↗“Всё так хрупко. Ты идёшь на войну, и первое, что теряешь, — это язык. Слова больше не работают. Для того, что там происходит, нет слов.”
Russian
“Everything is so fragile. You go to war, and the first thing you lose is language — the words don't work anymore. There are no words for what happens there.”
“Поле боя было страшным, но тишина после боя была страшнее. В тишине ты начинал понимать, что на самом деле произошло.”
Russian
“The battlefield was terrifying, but the silence after the battle was worse. In silence, you began to understand what had actually happened.”
“После большой катастрофы люди всегда хотят жить. Стригутся, покупают новые платья, женятся. Но тут было по-другому — после Чернобыля наступила тишина.”
Russian
“After a great catastrophe, people always want to live. They cut their hair, buy new dresses, get married. But this time it was different — after Chernobyl, there was silence.”
“Мы потеряли не просто страну, мы потеряли целую жизнь. Нас учили, что жизнь идёт вперёд, а она вдруг развернулась и пошла куда-то, куда мы не знаем.”
Russian
“We didn't just lose a country, we lost a whole life. We were taught that life was marching forward, and suddenly it turned around and went somewhere we didn't know.”
“У коммунизма был безумный план — переделать «старого» человека, ветхого Адама. И это получилось. Может быть, это — единственное достижение коммунизма. Он произвёл новый тип человека — Homo soveticus.”
Russian
“Communism had an insane plan — to remake the "old" type of man, ancient Adam. And it really did this. Perhaps it was communism's only achievement. It produced a new type of man — Homo sovieticus.”
“Страдание — наш капитал, наш природный ресурс. Не нефть, не газ — страдание. Это единственное, что мы умеем производить стабильно.”
Russian
“Suffering is our capital, our natural resource. Not oil, not gas — suffering. That's the only thing we know how to produce on a consistent basis.”
“Я собираю повседневность чувств, мыслей, слов. Я собираю жизнь своего времени. Меня интересует история души. Быт души, то, что большая история обычно пропускает.”
Russian
“I collect the everyday life of feelings, thoughts, and words. I collect the life of my time. I'm interested in the history of the soul. The everyday life of the soul, the things that the big picture of history usually misses.”